Контрольная на тему Контрольная работа № 1 Анализ и рецензирование текста. Составление редакторского заключения. Контрольная работа № 2 Анализ и рецензирование текста. Составление издательской рабочей рецензии.

Остался всего один шаг
Внесите свои контактные данные и переходите в кабинет для просмотра предложений авторов
Введите номер телефона
Укажите имя
Укажите адрес электронной почты
Укажите корректный адрес электронной почты
Номер заказа
310 910
Создан
06.09.2014
Автор работы
Татьяна
Цена
1400 p.
Выполнен
29.09.2014
Рейтинг автора
10
Примечание
(Каждая работа 12 - 20 листов)

Контрольная работа № 1
Анализ и рецензирование текста. Составление редакторского заключения.
Проанализируйте текст, фиксируя результаты своих наблюдений с использованием постраничных замечаний. По результатам анализа составьте редакторское заключение (оценочную рецензию). (Постраничные замечания нужно приложить к рецензии.) В рецензии постарайтесь ответить на следующие вопросы.

К какому жанру принадлежит произведение? В каком книжном издании оно может быть опубликовано?
Определите, каков читательский адрес произведения. По каким признакам это можно установить?
Проанализируйте фактический материал, использованный автором. В чем заключает его связь с целевым назначением и читательским адресом произведения? Попробуйте разделить факты на несколько групп и обоснуйте принцип разделения.
Что можно сказать о структурно-логической организации произведения?
Охарактеризуйте композицию произведения и языково-стилистические средства.
Дайте общую оценку произведения и на ее основе сформулируйте (при необходимости) рекомендации по доработке произведения.
КАК НАЧАТЬ ЕЗДИТЬ ВЕРХОМ?
Вы идете по парку. Никого не трогаете. Цветочки собираете (предположим, что они там есть). Или просто так себе гуляете. И вдруг из-за поворота показываются они. Всадники. Разговаривают на каком-то диком языке. С нежными улыбками хлопают лошадей по шее - с такой силой, что вы начинаете сочувствовать несчастным животным. Попробуйте сказать «Бедная лошадка» - и вы узнаете, что убить взглядом нельзя, но сбить с ног - запросто. Попробуйте с восхищенным видом воскликнуть «Какой красавец» - вам благодарно улыбнутся и ответят: «Это кобыла». Но обычно они вас не видят - вы пеший, а значит, лицо незначительное. Вы можете отрастить вторую голову - вас заметят все, кроме всадников. Вот если бы вы были лошадью…

Большую часть времени они обычные люди, не лучше и не хуже других. Но пару раз в неделю они оставляют свой здравый смысл в каком-нибудь сухом и прохладном месте и отправляются ездить верхом. Человек в трезвом уме не будет рассказывать, что ему сказала лошадь. И не выйдет в поле под дождем. И, наверное, не будет с наслаждением обсуждать детали своего падения, с трудом сдерживая радостный смех и осыпая комплиментами коня, который его «ну просто профессионально высадил». Не станет рисковать красотой своего лица, носясь по лесу и с трудом уворачиваясь от торчащих над тропинкой веток. А еще нормальный человек никогда не поймет, почему ободранные, перепачканные и промокшие люди могут быть абсолютно счастливыми.

Через пару часов они придут в себя и будут говорить, что в такую погоду надо сидеть дома. Сейчас они скажут, что хорошо поездили. А еще полчаса назад они ничего не смогли бы сказать - эйфория не сочетается с красноречием. На человека, несущегося галопом по полю, можно вылить ведро воды - если получится. Он не обратит на это внимания У него этого внимания на вас просто не останется - он сейчас одно с лошадью, а лошадь занята, она скачет. Да и скорость, когда сидишь верхом, чувствуется совсем по-другому. 30 км/ч на быстром галопе пробирают гораздо сильнее, чем 150 - в машине. А потом надо успокоиться самому, успокоить лошадь, рассказать ей, что она умница и бегает лучше всех и что она (он) самая любимая. До погоды ли? А если лошадь оказалась врединой и хулиганкой или у нее просто буйное настроение? Человек, сидящий на ней, поражает окружающих своей скромностью. В ответ на любые ее выходки он не скажет ни слова. Он слишком сосредоточен, чтобы ругаться. Но кто победит - не слишком важно. И какими эпитетами всадник наградит эту лошадь, вернувшись к нормальному состоянию, - тоже. От этой борьбы и лошадь, и наездник получают огромное удовольствие - но они в этом никогда никому не признаются. И ни один наездник не опишет вам, что он чувствует, когда садится в седло

Может, стоит попробовать самому?

Как? Научиться ездить верхом можно двумя способами. Девиз первого способа - «Учитесь плавать». Вас сажают на лошадь (ее характеристики зависят от степени садизма тренера) и, наскоро объяснив, как «рулить», запускают в смену (это группа такая из лошадей и всадников). Все шагают - и вы шагаете, все едут рысью или галопом - и ваша лошадь бежит рысью или галопом, а что в это время происходит с вами - интересует только вас и вашу страховую компанию. У такого метода обучения есть только один плюс: вы сразу узнаете, кто вы - герой со склонностью к самоубийству или все-таки нормальный человек Если после первого раза сядете на лошадь во второй - значит, герой. (Или умеете ездить верхом, но забыли об этом?)

Лучше пожалейте себя и лошадей и учитесь способом № 2, медленным, но верным. Сначала вы ездите только шагом, пока не научитесь правильно сидеть и, главное, заставлять лошадь идти туда, куда нужно вам, а не к ближайшему съедобному кусту Обычно это - 3-4 тренировки. Потом вас научат ездить рысью, а когда вы перестанете вытряхиваться из седла (то есть через 2-4 месяца, если ездить каждую неделю), - галопом

Эта слегка нудная схема, к счастью наездников и головной боли тренеров, никогда не выполняется точно. Количество и качество отступлений от программы зависит от темперамента и настроения вашей лошади. Иногда их бывает столько, что каждую тренировку начинаешь ждать с любопытством, смешанным с легкой тревогой за свой рассудок. Номера, которые выкидывают лошади на занятиях, часто выглядят как тщательно спланированное представление для благодарных зрителей. Однажды зимой мне пришлось выполнять роль инструктора при группе начинающих. За ночь намело огромные сугробы, а днем выглянуло солнце и настроение у лошадей было прекрасное. Они начали развлекаться, как только наша группа (5 неопытных всадников и я на своих двоих) отошла от конюшни. Для начала одна из лошадей решила пробежаться галопом. Пока я ловила ее и успокаивала испуганную наездницу, остальные с счастливым хрюканьем повалились в сугробы. То, что происходило дальше, просилось в немую комедию: я вытаскивала из снега одну лошадь, сажала на нее человека, бежала поднимать другую, а за моей спиной еще две томно закрывали глаза, изящно подгибали ноги и со вздохом наслаждения падали в сугроб. За полчаса мы прошли метров двадцать - в основном за счет того, что к особо соблазнительным сугробам лошади мчались галопом. Я чувствовала себя Чарли Чаплином в компании капризных примадонн. От моих новичков толку не было - в том состоянии они не заставили бы встать и кошку. Когда нашу группы нашли, это были не наездники с сопровождающей их опытной и гордой лошадницей, а пять визжащих от смеха человек, пять лошадей, страшно довольных своим спектаклем, и некто, облепленный снегом и преисполненный покорности судьбе. После того как это существо отряхнули, оно было опознано как инструктор.

Иногда разнообразие вносят сами тренеры. Цель у них двойная - не дать расслабиться всадникам и не заскучать самим. Способы могут быть самыми разными. Самый приятный для лошадей и неожиданный для всадников использует одна пожилая дама. Когда ей кажется, что тренировка идет как-то уж слишком правильно, она начинает тихо шуршать в кармане пакетом с сухарями. Обычно желание лошади бежать к инструктору вызывает у всадников недоумение - людям шуршание пакета не слышно. В группе сразу возникают разногласия: кони хотят идти, - нет, лететь, - к вожделенным сухарикам; люди хотят двигаться в прежнем направлении - и желательно по земле. В конце концов лошади получают по сухарю, а люди вспоминают, что одна лошадиная сила - это больше, чем одна человеческая. В общем, при втором способе обучения острых ощущений не меньше, чем при первом, но появляется возможность оценить их и получить от них удовольствие.

Какие они? У каждой лошади есть порода (или беспородность), масть, размер, скорость - качества, которые важны для эстетов и опытных наездников. А вот черты, которые важны для начинающего.

Спокойные и любители поиграть. Если вам попалась играющая лошадь - гарантирован выброс адреналина. В любой момент она может сказать: 'Так, пора поразмяться'. Ваше мнение при этом не спрашивается. Может, она решит поваляться, а может, ей захочется побегать. Одна лошадь, когда ей становится скучно, начинает гоняться за собаками, - с целью укусить за хвост. Но это исключение, обычно игра ограничивается прыжками через несуществующие препятствия и легкими пробежками (обычно в сторону конюшни). Часто это делается в рамках спектакля «Я так испугался этой птички, что решил спасаться бегством». Так что если ваша лошадь играет, а рядом сидит воробей, который может чирикнуть, будьте внимательны.

Послушные и упрямые. Послушная выполнит любую команду - вашу или тренера. Упрямая будет идти, когда надо стоять, и стоять, когда надо идти. Или откажется поворачивать - и торжественно дойдет до ближайшего препятствия, где остановится с невинным видом и скажет, что это вы ее туда завели. Договориться с упрямой лошадью трудно, но возможно - и тогда у вас появляется повод сказать себе какой-нибудь комплимент.

Удобные и неудобные. Это уже не характер, это анатомия и способ передвижения. Есть лошади, на которых сидеть легко и приятно, а есть такие… Неудобная лошадь по своему действию на известную часть тела стремится к отбойному молотку, удобная - к креслу-качалке. К счастью, удобных лошадей все-таки больше…

О риске. Риск есть. С лошади может упасть любой, - и новичок, и опытный наездник. Рано или поздно упадете и вы - и это будет посвящением в братство лошадников. В 98 из 100 случаев упавший отделывается синяками. Чтобы серьезно разбиться при падении, должно очень сильно не повезти. Обычно падают сами, без помощи лошади. Конь, злонамеренно сбрасывающий всадника, - большая редкость, и вам вряд ли придется ездить на таком. Чаще всего падают с неожиданно сыгравшей лошади или вытряхиваются на рыси. Частота падений зависит от вашего чувства равновесия, степени контакта с лошадью и быстроты реакции.

Где и за сколько? Самые известные места - ипподром и Битцевский комплекс. Кроме того, множество конюшен по всей Москве и Подмосковью. В Москве места, где можно поездить верхом, обычно находятся рядом с большими парками. Средняя цена - 100-150 р. в час, но возможны варианты от 50 и до бесконечности. Под Москвой - дешевле, в Москве, само собой, дороже.

Если вы уже выбрали место и вас там знают, поговорите со старожилами: во многих прокатах для 'своих' существует тщательно зашифрованная система скидок - руки на конюшне нужны всегда, а лошадям без работы долго стоять вредно.

Несколько советов. Выбор места, конечно, больше зависит от кошелька и расстояния до дома. Но все-таки стоит узнать еще несколько вещей.

Способ обучения - смотри выше.

Где можно ездить? Манеж хорош для начинающих и спортсменов, но если вы уже неплохо ездите, наворачивать круги под команды тренера становится скучно. Лучше, если есть возможность ездить по парку, полю или лесу - это интереснее и веселее.

Пустят ли вас в конюшню? Если вы видите лошадь только когда садитесь на нее - поседланную и почищенную, - вы ее не знаете. Для нормального контакта с ней надо пообщаться - и не только сверху. А без умения седлать можно попасть в глупую ситуацию. К тому же путь к скидкам идет через конюшню.

Перед поездкой на любую конюшню заведите себе «лошадиную одежду». Необходимы сапоги на гладкой подошве и низком каблуке и мягкие брюки (не джинсы!). А еще одежда должна быть такой, чтобы ее было не страшно запачкать.

Прихватите для лошади что-нибудь вкусное. Это помогает вступить с ней в контакт. В качестве угощения используют сухари, кусочки сахара, яблоки и морковку. Их дают на раскрытой ладони, тогда лошадь не прихватит вместе с едой ваши пальцы.

Вы едете по парку, ваш конь еще не остыл после галопа. Вы хлопаете его по гладкой шее и шепчете на ухо что-то ласковое. А навстречу - какой-то пеший. Он что-то сказал? Он сказал - «какие-то сумасшедшие»? Да он же ничего не понимает, бедный…

Контрольная работа № 2

Анализ и рецензирование текста. Составление издательской рабочей рецензии
Проанализируйте статью. Составьте постраничные замечания.
Напишите развернутую издательскую рабочую рецензию (постраничные замечания прилагаются к рецензии).
Для работы предлагается статья «Надежда Дурова», предназначенная для научно-популярного сборника «Выдающиеся женщины России». Сборник рассчитан на массового читателя.

НАДЕЖДА ДУРОВА
(1783-1866)

«…Если автор «Записок» согласится поручить их мне, то с охотой берусь хлопотать об их издании… За успех, кажется, можно ручаться, - писал 16 июня 1835 года А.С. Пушкин в город Елабугу В.А. Дурову. И далее вот что:«Судьба автора так любопытна, так известна и так таинственна, что разрешение загадки должно произвести сильное общее впечатление».

Пушкин имел в виду воспоминания Надежды Андреевны Дуровой. Отрывок из ее «Записок» с названием «Война 1812 года» в 1836 году он напечатал в журнале «Современник» со своим предисловием. В том же году в Санкт-Петербурге отдельным изданием вышла книга Н.А. Дуровой «Кавалерист-девица»

Надежда Андреевна родилась в сентябре 1783 года в Киеве, где в ту пору квартировал гусарский полк ее отца, ротмистра Дурова. Ее мать - одна из первых красавиц дворянского общества в сельской округе близ Пирятина вышла замуж за Дурова по любви, против воли отца. Тот и мысли не допускал отдать свою дочь москалю, да еще военному.

Она убежала из дому ночью. Дуров ждал ее за калиткой огромного сада в коляске, запряженной четверкой лошадей. Они обвенчались в церквушке первого же, по дороге в Киев села.

Ее отец, будущий дед Надежды, в порыве гнева проклял беглянку.

Забеременев, она размечталась о сыне, решила назвать его Модестом и собиралась сама кормить его грудью, учить, воспитывать. Будущий дедушка, получив известие о внуке, сменил гнев на милость.

Увы, родилась девочка богатырского размера с густыми черными волосами и сразу пронзительно заорала. Мать непроизвольно ее оттолкнула и отвернулась… Лишь через несколько дней, уступив увещеваниям полковых дам, мать приняла младенца к груди. Но девочка грудь не брала. Но чуть позже, выждав, когда мать отвлеклась разговором, внезапно схватила сосок крепкими деснами, да как стиснет! Теперь уже мать вскричала от боли, отбросила девочку от себя и больше не пробовала кормить своим молоком.

Так началось детство Надежды.

Полк вышел из Киева к Херсону, когда девочке было четыре месяца. В карете ее, туго спеленатую держала на коленях молодая горничная. Она же в пути кормила девочку из рожка коровьим молоком. На привалах ребенка вручали крестьянкам-кормилицам, каждый вечер - другой. Кормилицы распеленывали Надю, давали ей грудь и укладывали с собой ночевать.

Бодрая, крепкая девочка отличалась крикливостью (что неудивительно) и докричалась до того, что обезумевшая мамаша выбросила ее в окно кареты на ходу.

Девочку всю в крови с виду не живую подняли гусары. Подоспевший отец заплакал и взял ее к себе на седло. Тут ребенок ожил. Молодой жене ротмистр сказал: «Благодари Бога, что ты не убийца! Дочь наша жива, но я уже не отдам ее тебе во власть, я сам займусь ею», - рассказывает в своих «Записках Н.А. Дурова.

С того дня отец вверил ребенка не столько промыслу Божию, сколько заботам правофлангового Астахова. В походе и потом на квартирах гусар весь день носил девочку на руках, куда бы сам ни шел. В конюшне он сажал ее на лошадь, давал поиграть пистолетом, развлекал, размахивая саблей, и Надя хохотала. Вечерами Астахов захаживал к полковым музыкантам, и девочка засыпала под музыку; сонную он ее доставлял ночевать к отцу и матери. Если Надя не спала, то, увидев свою молодую мать, девочка пугалась и цеплялась за шею гусара.

Между тем спустя время после рождения Нади ее своенравный и гордый малороссийский дед опамятовался. Он отправился в Киев к архиерею, чтобы тот освободил его от необдуманной клятвы и разрешил снять проклятие с дочери. Сие состоялось. Дед запоздало в письме благословил молодых и призвал в родительское гнездо получить личное благословение и назначенную дочке долю приданого.

Все это было замечательно, но осуществить удалось не скоро, лишь когда у ротмистра сало трое детей, он вышел в отставку и отправился в Москву за назначением на штатскую службу. Только тогда мать с детьми сумела выбраться на Украину.

Надя росла. Сказывалось воспитание Астахова. Она до безумия любила лошадей, пистолеты, сабельный блеск. Бегая по дому, прыгала и командовала во все горло: «Эскадрон! Направо заезжай! С места марш-марш!» и тому подобное, а куклы не признавала. Все хохотали, мать злилась, бранила девочку, ставила в угол и заставляла рукодельничать, сидя в горнице.

Отец был послан городничим в Сарапул Вятской губернии, и все семейство обосновалось там. Мать принялась учить Надю всему, что должна уметь благородная барышня. Прежде всего, - шить вязать кружево, вышивать. А та мечтала ездить верхом на лошади и стрелять. Убегая в сад, она лазала по деревьям и прыгала через канавы.

Наде было двенадцать лет, когда отец купил себе верхового едва объезженного черкесского жеребца Алкида. Прекрасный наездник, он сам его выездил.

Надя потихоньку ходила на конюшню и угощала коня хлебом, сахаром, солью, таскала для него у кучера овес. Она ласкала Алкида, разговаривала с ним и скоро добилась, что бешеный жеребец привязался к ней. Вставая с зарей, девочка первым делом бежала к Алкиду, давала ему лакомство и выводила во двор. Залезть на коня она могла только с крыльца. Держась за гриву, Надя скакала по двору, выделывая разные выкрутасы.

Как-то однажды ранним утром Надю на Алкиде увидел конюх Ефим. Он бросился придержать галопирующего коня, но тот мотал головой, поднимался на дыбы, брыкался. Ефим от ужаса потерял дар речи. И хорошо, а то всполошился бы весь дом. Между тем, Надя успокоила коня, и тот пошел шагом. Она обняла Алкида за шею, приникла щекой - и конь встал смирно, чтобы девочка могла спуститься на землю.

Ефим хотел было взять коня, да пригрозил, что расскажет о баловстве Нади ее матери. Но девочка пообещала отдавать конюху свои карманные деньги, лишь бы помалкивал, и попросила отвести Алкида на место. Конюх погладил бороду: «Ну, извольте, коли вас он слушает лучше, чем меня». Конь, ступая за девочкой, наклонял к ней голову и ласково трогал губами то прядь ее волос, то худенькое плечико.

Надя с детства была бесстрашна. Верила вздору о леших и мертвецах, разбойниках и русалках, но в глухую полночь могла одна пойти на кладбище, в лес, в пустой темный дом, в пещеру. Она просто жаждала опасностей. Может и нашла бы приключений на свою голову, если бы не постоянный контроль со стороны матери. Та бдительно следила за каждым шагом непутевой дочки. Она заставляла девочку каждый день подолгу перебирать коклюшки, булавки, плести ненавистные полосы кружев…

Зато как только ночью дом затихал и в комнате матери гас свет, Надя через заднее крыльцо пробиралась в конюшню, выводила Алкида во двор и верхом выезжала через проулок к берегу Камы. Надеть на коня узду ей не удавалось, а без уздечки Алкид в крутую гору не шел. Приходилось спешиваться, тянуть его за недоуздок. На ровной вершине Старцовой горы Надя подводила коня к пеньку или бугорку и уж оттуда опять влезала ему на спину и пускалась вскачь.

Домой они возвращались до зари. Надя заводила лошадь на место, тихонечко пробиралась к себе и засыпала не в силах раздеться. В таком виде ее не раз по утрам находила дворовая девка, приставленная служить барышне. Она, конечно, рассказала матери. Та решила проследить…

Увидев, что дочка в полночь ведет из конюшни страшного жеребца, мать пришла в ужас. Однако предположила, что девочка лунатичка и удержалась от крика, чтобы не напугать ее. Приказала дворецкому и конюху присмотреть, а сама пошла будить отца. Пока тот чухался, дворецкий вышел из засады и спросил Надю: «Куда вы, барышня?»

Тем и кончилось: Коня увели в конюшню, барышню в ее спальню.

Надя выросла в высокую тонкую, стройную девицу с ярким румянцем, блестящими глазами и черными бровями. Себе она, правда, не нравилась. Глядя в зеркало, находила черты своего лица неправильными, с неудовольствием рассматривала оспинки на щеках. Да и мать уверяла ее, что она де не хороша собой.

Мать вообще не радовалась жизни и всегда находилась в скверном расположении духа. Веселья в доме не бывало. Она так и не полюбила Надежду. Отрадой ее стала младшая дочь, а позже и маленький сын. Неудивительно, что в присутствии матери Надя не улыбалась и частенько думала, как бы отделаться от своей проклятой женской доли.

Не справляясь с воспитанием старшей дочери, мать отвезла ее на Украину, или как было принято называть Малороссию, к бабушке в село Великая Круча. Восьмидесятилетняя бабушка в молодости славилась красотой и кротостью духа. Она жила с сыном, невесткой и приживалкой, которая приходилась Наде теткою. Обитатели дома отличались набожностью и смирением. Если бы Надя хоть намекнула, что хотела бы покататься верхом на лошади, ее, того гляди, закрестили бы и осудили на церковное покаяние. Впрочем, никто ее свободы не стеснял, гулять она могла вволю.

Почти все время она проводила в лесных угодьях и на речке Удай. Под ясным небом Малороссии Надя окрепла и загорела. В ту пору считали, что барышень загар не украшает. Самой Наде казалось, что она еще более подурнела.

Весной в Великую Кручу погостить приехала еще одна тетка Нади, жившая возле города Лубны. Девочка ей понравилась и она забрала ее к себе на лето. Женщина эта была строгих правил, во всем у нее был порядок. А жила довольно-таки открыто: зналась с лучшим обществом, имела хорошего повара, задавала балы для окрестных помещиков. Впервые Надя почувствовала к себе вежливое внимание и угождение мужчин. Тетка модно одела свою гостью и постаралась свести с ее лица загар. Мечтание девушки о военных походах отступили на второй план. У нее появилась подружка-кузина. Барышни по утрам читали, рисовали, играли, а от обеда до чая резвились в саду и примыкавших к огромному саду левадах.

Тетка отличалась великой набожностью. По праздникам ездила к заутрене, обедне, вечерне и брала в церковь обеих девушек. Наде поначалу не очень то нравилось вставать до свету и спешить к утренней службе. Но в церкви бывала их соседка-помещица, сопровождаемая своим двадцатипятилетним сыном. Чернобровый, черноокий, стройный молодой человек непременно подходил и беседовал с Надей до начала богослужения. В результате она так полюбила ездить к заутрене, что стала пониматься раньше всех.

Тетка, естественно, обратила на это внимание и расспросила кузину Нади. Та не стала скрывать: молодой человек попросил у Нади колечко и сказал, что тогда, мол, сочтет себя вправе обратиться к ее тетушке. Тетка тотчас призвала Надю к ответу. Та хитрить не умела… «Не так ищут руку девицы! - рассердилась тетка. - Нечего ему с тобой объясняться!»

Надю отослали к бабушке в Великую Кручу. Там она заскучала о молодом человеке, соей первой симпатии, или, как она позже засвидетельствовала в «Записках», первое увлечение. Кабы дело взаправду пошло к сговору и венцу, вся жизнь будущей кавалерист-девицы могла сложиться иначе. Но - не судьба… Мать молодого человека разведала, что приданое у Надежды - ленты, полотна, кисея, а более ничего и не велела сыну думать об этой девице.

Наконец мать и отец пожелали возвращения Нади. Не хотелось ей расставаться с бабушкой и всей родней, малороссийским ласковым краем. Но делать нечего, пришлось отправляться в обратный путь.

Сверх ожидания, матушка приняла Надю ласково. За полтора года девушка на целую голову переросла ее, и вид у нее был уже не такой воинственный. Пока Надя находилась в отсутствии, ее отец, и прежде имевший склонность гульнуть налево, завел в городе молодую любовницу. Мать ревновала его и послала за Надей, надеясь, что приезд любимой, почти взрослой дочери образумит отца. Не тут-то было. Он продолжал свое, а мать угасала на глазах. Через несколько лет она уехала в Пермь лечиться. Умерла она еще молодой, более от своих несчастий, чем от болезни. В последние годы жизни она затворилась в скорбях и все вокруг уже не привлекало ее внимания.

Надя, между тем, выпросила у отца позволение ездить верхом. Более того, он приказал сшить дочке казачий чекмень и подарил ей Алкида. Сам стал учить Надю разным кавалерийским премудростям: красиво сидеть и цепко держаться в седле, решительно управлять лошадью. Он любовался прирожденной ловкостью и бесстрашием дочки-наездницы. Он сожалел, что родилась она не мальчиком и видел в ней образы своей юности.

Все жизнеописания Н.А. Дуровой основаны на содержании ее «Записок». Других полных источников ее биографии нет. Кстати, «Записки» свои она неоднократно дополняла, поправляла и частично переписывала. По своим соображениям она на пять лет вперед сместила дату своего рождения, с 1783 на 1788 год, что дало ей возможность оставить «за скобками» очень важное событие. Позже о нем разузнали исследователи ее жизни и творчества. В предисловии к современному сборнику избранных сочинений Н.А. Дурова мельком упоминается, что в 1801 году в Сарапуле в возрасте восемнадцати лет ее выдали-таки замуж за местного чиновника Чернова; через два года она родила сына, нареченного Иваном. И - точка. Автор предисловия, он же составитель «Избранного», В.В. Афанасьев высказывает предположение, что Н.А. Дурова не сочла эти события значительными, потому и умолчала о них в «Записках» и «Автобиографии», которую опубликовала от имени штаб-ротмистра Александрова. Этот ее право.

Но все же стоит иметь в виду, что в сентябре 1806 года Дурова покинула отчий дом не юной девицей, как это представлено в «Записках», а женщиной двадцати трех лет. И не стоит уподоблять ее Шурочке Азаровой из фильма «Гусарская баллада». Все было куда серьезнее.

Мать Н.А. Дуровой жила еще дома, когда в Сарапул пришел полк казаков. Отец сдружился с офицерами. Он приглашал их на обеды, выезжал с ними на верховые прогулки. Надежда в том не участвовала - она лелеяла некий замысел. Для исполнения ее плана, каким он представлен в «Записках», не годилось показываться полковым офицерам в мужском платье, тем более - в казачьем чекмене.

Но пришел час: полк оставил город 15 сентября 1806 года и выступил в донские края. Первая дневка была назначена казаками верстах в пятидесяти.

В день своих именин 17 сентября Надежда проснулась до зари и села возле окна дожидаться солнышка. Она видела перст судьбы в том, что именно в этот день уйдет из дома и станет жить, как мечтала с раннего детства.

Восходящее солнце осветило висевшую на стене отцовскую саблю. Надя сняла ее, поцеловала, вложила обратно в ножны и поклялась носить саблю с честью.

День показался бесконечным. Мать подарила ей золотую цепь, отец - триста рублей и гусарское седло, маленький брат - свои золотые часы. Им и в голову не приходило, что снаряжают они Надежду в опасный и дальний путь.

В одиннадцать вечера мать с непривычной ласковостью поцеловала Надю в голову и сказала «Поди, с Богом». Сроду не слыхавшая от матери добрых слов, Надежда поцеловала ей руку и вышла в слезах. Перед сном на полчасика зашел, как обычно, отец. Поговорили о разном. Отец сказал, что Алкид застоялся, надо бы его погонять на корде… Присмотрелся: «Ты что-то грустна, друг мой. Прощай, ложись спать, - сказав это, он обнял Надю и поцеловал ее в лоб, она дрожала. - Видишь, как ты озябла…»

Надя поцеловала его руки. Потрепав ее по щеке, отец заметил: «Добрая дочь!» - и вышел. Надя в слезах опустилась на колени и поцеловала то место, где стояла нога отца. Поплакала еще, а через полчаса обрезала перед зеркалом свои локоны и положила их в стол. Переоделась в казачью форму с папахой. Глядя в зеркало, удостоверилась, что в таком виде никто не сможет ее опознать. А Ефим на заднем дворе уже приготовил коня. Надежда велела ему вывести Алкида к опушке леса и ждать. Сама же вынесла свой капот, и другие предметы женского туалета на берег Камы, чтобы отцу было, что отвечать на неизбежные вопросы. Дочка, мол, утонула, вот и весь сказ. Сам-то он сразу догадался, что произошло.

При полной луне со Старцовой горы открывался прекрасный вид заречных полей. Темнели леса, как зеркало отсвечивали озера, под горой дремал город, позолоченные главы собора нежились в лунном свете.

Надя дала озябшему конюху обещанные пятьдесят рублей, вскочила в седло и поскакала. Версты четыре летела по лесной дорогое наметом. Но предстоял долгий путь, и коня следовало поберечь. Надежда пустила Алкида шагом. Тут в лесу сгустился мрак, тучи закрыли луну, подул северный ветер. Конь опять перешел на быструю рысь, и к рассвету Надежда была уже у села, где ночевали казаки.

Офицеры завтракали у полковника. При появлении молоденького незнакомца в казачьей форме разговор смолк. Полковник спросил: «Какой ты сотни?» Надежда ответила, что не имеет чести служить в полку, но «я приехал» - впервые сказала она в мужском роде - «чтобы просить оказать такую милость». «Не понимаю, - молвил полковник. - Ты нигде не числишься?» Надежда объяснила, что он не казак, хоть в казачьей одежде, а к полку просит причислить себя на время, пока казаки идут к армии. Там-де рассчитывает, что примут в какую-нибудь регулярную часть. А на военную службу решил пойти против воли, и ведома родителей. Вся эта история обескуражила полковника. Тут в разговор вступил седой есаул. «Да пусть едет с нами, - сказал. - А то в беду попадет, если его отошлете». На том и порешили. Тем более, лошадь, оружие, форма - все у Надежды было свое.

Как же звать молодца? «Александр Васильевич», - представилась она. Офицеры залюбовались конем и ловким всадником с тонкой, как девичьей, талией. Полковник определил ему место в строю при первой сотне. Квартировать и обедать приказал при себе.

«Справа по три!» - раздалась команда, и полк пошел под любимую среди донских казаков строевую песню «Душа добрый конь».

Поход длился более месяца. Надежда сама седлала коня, водила его на водопой. Несмотря на подзуживания офицеров, не соглашалась скакать с ними наперегонки. Понимая, что нет в полку лошади равной Алкиду, она жалела его и не хотела ни в чем выделяться.

Выйдя в донские степи, полк не короткое время расположился лагерем. После смотра казаков распустили по домам. Надежда собиралась отправиться к регулярной армии в одиночку. Не могла же она отступить от задуманного, уже отъехав от дома на две тысячи верст. Полковник, однако, предложил «Александру Васильевичу» побыть на Дону в его семье до скорого военного похода. Предложение нельзя было не принять.

Дом полковника находился в станице Раздорской. Полковничиха не сводила с Надежды глаз: «Вы как девица! Женщины мои так и думают, что вы переодетая девица!» - повторяла она, хохоча. Сердце Надежды замирало. Полковник отбыл в Черкасск по делам службы. Бездеятельность угнетала Надежду. Целыми днями она бродила по виноградникам и полям. Казачий мундир не скрывал ее разительного отличия от коренных жителей Дона. Выглядела не так, разговаривала не так, смущалась, краснела… Когда она все же решила ехать одна и вернулась в дом, чтобы собраться и попрощаться с хозяйкой, то увидела множество экипажей, верховых лошадей и необычную суету. Оказалось, с толпой офицеров вернулся полковник. Когда Надежда приблизилась, он представил ее: «Рекомендую русского дворянина. Александр Васильевич будет нашим спутником до места». Он объяснил, что получил Атаманский полк, назначенный в Гродненскую губернию, где повсюду - части регулярной армии. И завтра чуть свет - в дорогу.

Достигнув Гродно, полк получил новый приказ: идти за границу. Надежда осталась одна и с неделю жила в корчме, в комнате для приезжих.

В Гродно ее охотно взяли в Коннопольский уланский полк, который в сражениях понес большие потери, и нуждался в пополнении. Назвавшись дворянским сыном Дуровым Александром Васильевичем, Надежда полной мерой хватила прелестей солдатской службы. Пришлось учиться воевать по-улански, вертя над головой тяжеленную пику, маршировать, прыгать на лошади через нешуточные препятствия. Пришлось ловчиться действовать саблей. Занятия продолжались полдня. После обеда Надежда при каждой возможности удалялась и часами ходила по лесу, лазала по горам, одним словом, радовалась свободе! Она привыкла к уланскому мундиру, сабле, пике, шерстяным эполетам, каске с султаном, белой перевязи с подсумком, набитом патронами. Не смогла привыкнуть лишь к сапогам, сделанным, будто из железа, с огромными бренчащими шпорами. В таких - не побегаешь.

Полк перевели в Литву. Три недели взвод провел в голодной и грязной литовской деревне среди болот. Давно убрав урожай, крестьяне его попрятали от солдат. По три-четыре часа каждый день голодные уланы выкапывали для себя оставшиеся в грядках картофелины. Надежда, как и все работала заступом.

Когда полк двинулся в Пруссию, Надежда приободрилась, но и опечалилась. Очень уж хлебнула она лиха. Если ее убьют, что будет с отцом? Она написал ему, умоляя о прощении. Письмо было залито слезами.

Впервые в крупном сражении Дурова участвовала 22 мая 1807 года и сразу же отличилась.

Уланы атаковали противника несколько раз, но полк не разом бросался в атаку, а поэскадронно. Надежда, исполненная отваги, присоединялась к каждому атаковавшему эскадрону, за что ей крепко влетело от командира. Он справедливо счел такое поведение безрассудным. Но душа рвалась в бой. Рокот пушек и свист пролетающих ядер, скакавшая конница, блеск штыков пехоты, барабанный бой - все возбуждало, электризовало Надежду. Страха не было.

Когда она вдруг увидела, что русского офицера окружили и выстрелом вышибли из седла неприятельские драгуны, немедля понеслась туда. Возможно, сам вид улана, скачущего во весь опор с пикой на перевес, устрашил неприятеля, и драгуны дали деру.

Офицер открыл глаза. Это был поручик Панин из Финляндского драгунского полка. Надежда спешилась, кое-как приподняла его, но на Алкида взгромоздить не смогла - не хватало сил. К счастью, рядом оказался однополчанин поручика. Этот солдат и взялся препроводить офицера к своим. Разумеется, на коне.

В полк Надежда побрела пешком. Ее мундир был перепачкан кровью спасенного офицера, ее сто раз могли убить, или взять в плен. Потом она весь день искала Алкида. Но будто ангел-хранитель за ней присматривал, из этой и других переделок она выбиралась живая и невредимая, хотя всюду лезла на рожон. То в бою под брюхом Алкида взорвалась граната; конь скакнул так, будто в него вселился дьявол, и всадница чудом на нем усидела. То под обстрелом неприятеля уланы четыре часа стояли на одном месте; шел ливень, сапоги Надежды были полны ледяной водой, из них текли ручьи. То Надежда заблудилась на поле среди раздетых мародерами мертвецов; если бы не Алкид, она бы оттуда заехала к неприятелю. А то на марше не спала двое суток и не съела ни сухаря. Уланы спали в седлах, а у Надежды не получалось: валилась с коня. К тому ж никто не должен был узнать, что она женщина.

В июне Надежда участвовала в кровопролитном сражении под Фридландом. Там полегло более половины полка. Атаки сменялись контратаками. Улан трамбовали ядра, осыпала картечь. Гранаты рвались на земле и в воздухе. Конница набегала и отступала волнами. По полю битвы пулями взад-вперед скакал израненный, окровавленный улан, наверняка обезумевший. Он бы погиб, если бы, Надежда не вывела его из боя. «Не оставляй меня» - бормотал он, придя в чувство. А полки в панике отступали через Фридланд, бежали жители. Лошадь раненого улана Надежда вела в поводу, быстрее двигаться он не мог. Мимо прошла артиллерия. Под вопли «Спасайтесь!» Надежда пристроила, наконец, вновь потерявшего сознание улана на пушечный лафет и отправилась искать своих. Ночевала у казаков, потом прибилась к драгунам. Догнала полк через двое суток и тут получила выговор от самого генерала Каховского. Он, осерчав, отослал ее в Вагенбург, в лагерь обоза.

Все осложнялось тем, что у Надежды не было документов, удостоверявших дворянство улана «Александра Васильевича Дурова». Хотя Надежда давным-давно запросила своего дядюшку, чтоб прислал д
Подробнее
Этот заказ уже выполнил наш автор. Напишем и Вам уникальную работу!
Быстрая оценка работыБесплатно
Оценим Вашу работу за 10 минут
Бесплатно
Для оценки заполните поля
Укажите тему работы
Укажите предмет
Укажите срок сдачи
Отправить работу на оценку
Последние отзывы об авторе Татьяна
Оксана
Приятная цена, отличное качество, рекомендую.
...
2014-10-10 17:00:02